0

Существует термин, который спасает родителей всей планеты, разрешая им иногда ошибаться. Это термин «достаточно хорошая мать»Его ввёл британский психолог Дональд ВинникоттТем, что он вообще ввел этот термин, он хотел сказать, что нам можно и нужно становиться достаточно хорошими родителями, но не надо пытаться быть идеальными. О том, почему лучшее враг хорошего и почему для ребенка нужно быть настоящим родителем, а не идеальным, проект Yourlife.pro поговорил с психологом, танцетерапевтом Ульяной Полянской.

– Каждый родитель хочет быть лучшим для своего ребенка, старается окружать его только хорошими, приятным вещами, быть всегда добрым, улыбающимся, спокойным, но к чему это может привести?

– Такие идеальные родители, их называют «родители-вертолеты», будто бы всё время сдают экзамен на родительство. Они взволнованно бегают вокруг ребенка, постоянно боятся сделать что-то не так, не успеть, упустить, неправильно повлиять, а ребенок находится в эпицентре всей этой суеты и из поведения окружающих взрослых усваивает один главный принцип: этот мир – явно не особо спокойное место, тут не расслабишься.

– Ульяна, а как вы думаете, откуда вообще взялось это желание стать супер хорошим родителем?

– Современная эпоха детоцентризма отчасти создана ушлыми маркетологами, которым нужно продать родителю все, от курсов сверхраннего обучения китайскому языку для младенцев первого месяца жизни до супер-правильных детских ортопедических ботиночек, которые стоят столько, что, как минимум, должны по утрам всей семье кофе варить. А чтобы продать,  надо рекламировать. Вот и бомбардируют мозг бедного родителя рекламные ролики, в которых счастливые идеально чистые дети едят йогурт и обнимают маму, а рядом смеется счастливый папа. За кадром остается реальность: мама с папой из ролика оказываются приглашенными моделями, дети только что отказывались от съемки и швырялись печеньем, настоящая мама этих детей судорожно пила кофе на диванчике и разрывалась между стыдом за поведение отпрысков и гордостью за то, что именно ее отпрысков пригласили сниматься в рекламе.

Однако, это только половина проблемы. Вторая половина проблемы связана с тем, что городская семья нуклеарная, это уже не общинный уклад, где на любые случаи жизни есть действующие по умолчанию традиции, что и как делать, в том числе, как воспитывать детей. В современном городском обществе традиции не работают, потому что жизнь стала более вариативна, и ее уже не обуздать простыми и четкими схемами, как надо и как не надо. На место традиций приходят книги и методики воспитания, которые часто противоречат друг другу. И проблема даже не в их противоречивости, а в том, что ребенок из человека незаметно превращается в объект, с которым надо обращаться каким-то правильным образом, которого надо специально как-то растить. Чего стоит одна только рекомендация не брать грудного ребенка на руки часто, чтобы не разбаловать, которая бытовала лет двадцать назад! Ребенок заливается слезами, мать мечется – ей инстинктивно хочется его обнять и успокоить, но методика есть методика! Ради правил методики настоящее, теплое, человеческое игнорируется, а ведь именно оно и является тканью взаимоотношений матери и ребенка.

Невозможно быть матерью, которая никогда не злится, не раздражается, не устает. Если родитель стремится все время быть ангелом для ребенка и разговаривать с ним елейным голоском, то рано или поздно этому родителю придется сперва несколько раз соврать – то есть, показать не те чувства, которые он на самом деле чувствует, а затем и пережить нервный срыв – вылить на ребенка раздражение.

Интересно, что в психологическом дискурсе привязанности сейчас часто мелькает слово “работа”.  Отношения – это работа, воспитание детей – это работа. Какой-то безысходностью от этого всего веет: если и так полжизни съедает работа, то зачем вписываться в брак и семью, если от этого только больше работы станет?!

– Но ведь есть даже устоявшееся словосочетание «работать над отношениями». Хочется, чтобы и с ребенком были хорошие отношения.

– Психолог Джон Боулби в свое время подарил миру теорию привязанности. Она гласит, что ребенку для полноценного развития необходима надежная и прочная связь хотя бы с одним взрослым. Нужно понимать, что надежная и прочная связь, которую мы должны установить с ребенком, подразумевает эмоциональное взаимодействие, а не постоянное пребывание в каком-то нечеловеческом труде без права на отдых.  Невозможно быть матерью, которая никогда не злится, не раздражается, не устает. Если родитель стремится все время быть ангелом для ребенка и разговаривать с ним елейным голоском, то рано или поздно этому родителю придется сперва несколько раз соврать – то есть, показать не те чувства, которые он на самом деле чувствует, а затем и пережить нервный срыв – вылить на ребенка раздражение за то, что приходится все время держать себя в руках и пытаться быть этим ангелом. Для ребенка такое поведение  родителя будет полной дезориентацией: он сперва чувствуешь фальшь, а потом переживает взрыв и вообще не понимает, что он сделал не так. А ведь надежная и прочная эмоциональная связь – она не про бесконечную демонстрацию любви и радости, она про то, чтобы быть собой – и оставаться рядом с ребенком. Уставшая мама – так уставшая, раздраженная –  так раздраженная. Ребенок рядом с живой мамой, позволяющей себе быть такой, какая она есть сейчас, учится важным вещам: понимать другого человека, разделять его чувства и проявлять эмпатию.
Иными словами, я веду речь о том, что превращение процесса воспитания в героический подвиг создает нездоровую обстановку, когда родитель постоянно перенапряжен, из-за чего не может хорошо себя чувствовать, поэтому время от времени срывается на ребенке.

семья 1

– И каким же родителем тогда нужно быть?

– У попытки быть идеальным родителем высокая цена – это всегда трудный и жесткий откат в противоположную сторону, когда вообще ни с чем справиться не получается. Гораздо более функционально равномерно и стабильно быть достаточно хорошим родителем: осознавать свои эмоции и чувства, вести себя в соответствии с ними – и не отвергать ребенка, когда самочувствие не очень.
Сейчас важную мысль скажу: если у вас есть картина мира, в которой бы обязаны быть идеальным для ребенка – вы неизбежно будете его отвергать всегда, когда будете чувствовать себя не очень, потому что в вашей картине мира ребенок словно требует этой идеальности, и по-другому с ним как будто бы нельзя. И если вы прямо сейчас эту идеальность не тянете – вы бессознательно начинаете дистанцироваться от ребенка как от источника требования этой самой идеальности. А ребенок это воспринимает как отвержение. И таким вот образом стремление к идеальному родительству и разрушает ваши отношения с ребенком. А если вы внутри себя даете себе право быть неидеальным, живым, то вам и ребенка не нужно бессознательно отвергать, отлучать от себя, чтобы позволить себе побыть в не самой лучшей форме и набраться сил. Будучи неидеальным родителем вы даете ребенку намного большее – сигнал, что он нужен и важен всегда, даже если родитель сейчас занят собой, восстанавливается и не может дать ему все свое внимание. Именно это и называется прочной эмоциональной привязанностью: возможность быть собой в присутствии другого, например, вашего ребенка.

Комментарии

Leave a reply

    Нет комментариев. Прокомментируйте первым