0

«…время искать, и время терять, и время сберегать…».

«Утиная охота» — одна из лучших пьес Александра Вампилова, которая  не потеряла своей актуальности и сегодня. Каждый зритель может найти в ней параллели со своей жизнью. Познакомиться с персонажами «Утиной охоты» зрителей приглашает Драматический театр ТОФ.

Времена меняются, а Зилова — героя уж многих времён — нельзя не любить. Вот и влюбляются в него все вокруг. Тянутся к нему, порицая меж тем его легкомысленное и безответственное, подростковое поведение. Каждый из нас вслух или в мыслях говорил хоть раз в жизни о ком-то: «У него нет сердца». О ком, а точнее когда, при каких обстоятельствах? Скорее всего, когда человек нас не понимал, и вёл себя при этом крайне не логично, разрушая тем самым нормальное течение нашего дня…

А понимаем ли мы вообще друг друга и себя самих? Признаемся ли себе, что «алики» зиловы и другие, хорошо нам знакомы отнюдь не по пьесе Александра Вампилова? Виктору Зилову может быть 30, 40, 50 лет. Он может работать в бюро технической информации и рентген кабинете; быть режиссёром и учёным.

Столь убедителен спектакль Театра Тихоокеанского флота (режиссер С. Руденок), правдивы образы, созданные актёрами; искренен сам Зилов (актер С. Лисинчук), что возникает желание непременно ему помочь. Он ведь рвётся «из сил, из всех сухожилий» чтобы найти эту свою задачу.

В любом кризисе жизни он может предаваться саморазрушению с такой скоростью и с такой всепоглощающей страстью, что у него нет и секунды времени на вопрос «какие сны в том смертном сне приснятся?». Совсем немного алкоголя и ружьё выстрелит с той же лёгкостью, с которой Зилов сыплет то шутками, то комплиментами, то умопомрачительными идеями.

Вампиловские женщины упрямо и безусловно влюбляются именно в таких «бестолковых» и «неприспособленных». Очень русские женщины. Их чувство apriori — жалость, материнство, забота, милосердие, всепрощение. Все видели, как годовалый малыш протягивает маме для поцелуя последовательно все десять пальчиков. Коварство такого свойства и состояния личности — вечного отрочества — в том, что предпринимаемые им искания невероятно заразительны.

Есть внутри его существа одна истинная привязанность (охота, дайвинг, музыка) — и всё! — этот нелогичный человек, становится светящимся магнитом. Добавьте актуальную самопрезентацию и вот он снова и снова умудряется увлекать, уводить, заводить других в лабиринты своих бредовых идей и порождаемых ими проблем. Это может быть нечто безрассудное (купание в опасном месте), и даже противозаконное (угон машины), но он ещё и читает стихи / пишет музыку, ведёт блог… И вот мы уже самоотверженно путаем полыхающий хаос с диапазоном яркой личности.

Любовь (полёт) может найти / осенить любого, самого обычного человека: нудноватого зиловского начальника Кушака (актер Д. Фить), добропорядочного Кузакова (актер В. Карпеченко), прагматичного и хладнокровного официанта Диму (артист С. Гончаров), Саяпина ( К. Денисовец) и его «боевую подругу» Валерию ( Ю. Белаш).

Вампиловские женщины упрямо и безусловно влюбляются именно в таких «бестолковых» и «неприспособленных». Очень русские женщины. Их чувство apriori — жалость, материнство, забота, милосердие, всепрощение.

Но влюбляемся мы невольно в особенное, в талант, в свежесть, в новизну, в харизму. Три совершенно уникальные, разные, глубокие, нежные женщины — жена Зилова Галина (актриса Е. Удатова), его роскошная пассия Вера ( И. Колесникова) и новая «невеста» Ирина ( Т. Иванашко) — всем своим подсознанием пребывают в поле его очаровательного инфантилизма. Более того, каждой из них, понадобится немало времени и сил, чтобы перестать оправдывать его и винить себя, выбросить его светло розовые рубашки, забыть его вопрос: «Как ты себя вела?» и многое другое, что составляло изматывающее напряжение и желанную непредсказуемость полёта с ним.

IMG 1251         IMG 1234         IMG 1163         IMG 1078         IMG 1076         IMG 1067         IMG 0984         IMG 0941         IMG 0924

Парадоксален набор зиловских самоощущений: видит ли он для себя какие-либо новые перспективы, ищет ли новые сферы приложения для творческих сил, осознаёт ли их? Вряд ли («контора — нам дом родной»). Ценит ли он то, что имеет? И снова нет… Он искренне ищет… всей душой жаждет… пытается пробить стену обыденности и обыкновенности, отменить раз и навсегда предопределённость правил, стереотипов, «любовей» и «дружб ненужных»; и сам ограничивает свои жизненные интересы, тонет в пассивности и застое.
Внутренняя правдивость его давно требует могучего усилия осознанности и душевного труда. Излюбленное юное состояние само должно бы зиловскую беззаботность / безответственность обратить в энергию дела, а у него нет даже более или менее ясной цели, задачи, которая бы его увлекла.

Столь убедителен спектакль Театра Тихоокеанского флота (режиссер С. Руденок), правдивы образы, созданные актёрами; искренен сам Зилов (актер С. Лисинчук), что возникает желание непременно ему помочь. Он ведь рвётся «из сил, из всех сухожилий» чтобы найти эту свою задачу. Он целится вновь и вновь, и пока мимо мишеней… каждая новая попытка — удар в собственное сердце.

Он и на охоте стрелок не меткий, но эта свобода, небо, где летят утки — его пространство, здесь он дышит полной грудью и верит…

Проводник Зилова в этот чудный мир — официант Дима. Всегда владеющий собой, высокий атлетичный мужчина из ресторана «Незабудка». Как и Зилов, Дима — типичное явление времени. Вместе два одноклассника составляют порой садомазохистский, но по-своему сбалансированный тандем.

Харизматичный Зилов может от нахлынувших чувств нагрубить, устроить скандал, утомить, обескуражить всех, кто рядом. Дима всегда корректен, бодр, деловит, уверен в себе, держится с достоинством.

Мы не можем раз и навсегда выбрать и установить меру, пропорции, баланс гармонии и хаоса. Но чтобы стать и оставаться человеком, каждому необходимо осознанно спрашивать себя: «Вот здесь и сейчас, в этот самый миг я разрушаю или созидаю?»

Зилов на охоте «мажет», Дима всегда бьёт в цель. Зилов не знает, что будет с ним в следующую минуту, Дима рассчитывает, определяет, решает на годы вперёд. Когда такие как Зилов утомляют, женщины (и не только Вера) бросаются к таким как Дима — полным антиподам, идеальным антагонистам, всё умеющим и всё контролирующим.

Велика власть Димы над Зиловым. Виктор, путаясь в нерешённых проблемах, пребывая в ощущении бессмысленности своей жизни, сдаётся ясному рассудку, неосознанно возвышает его, гиперболизирует позитивные черты друга, наделяет его особыми полномочиями. А Дима с чувством покровительственного превосходства «курирует», усмиряет, уравновешивает одноклассника, то остроумного и свободного, то снисходительного и равнодушного, то бесшабашного, срывающегося, напивающегося, кающегося…

IMG_1011

Интересен в этой связи режиссёрский приём: не кто-нибудь, а именно Дима обозначает границы воспоминаний Зилова. Он произносит авторский текст, переставляя в это время пронумерованные мишени. Это лёгкое движение молниеносно подтверждает его статус во всех трёх «измерениях»: Формально Дима официант ресторана. По сути, все собравшиеся здесь зависят от него. По самоощущению он хозяин жизни.

В исполнении такого синтетически оснащённого профессионала и тонкого артиста, как Сергей Гончаров, образ Димы несёт колоссальную энергию для осмысления (или хотя бы ощущения) зрителями той незримой границы, что проходит между живым и неживым, человеческим и бесчеловечным.

Мы не можем раз и навсегда выбрать и установить меру, пропорции, баланс гармонии и хаоса. Но чтобы стать и оставаться человеком, каждому необходимо осознанно спрашивать себя: «Вот здесь и сейчас, в этот самый миг я разрушаю или созидаю?»

Ни зиловы, ни димы самостоятельно не обременяют себя этим вопросом. Но он, возможно, скоро прозвучит, во многом благодаря странной взаимозависимости этих героев / антигероев своего времени.

 

 

 

Комментарии

Leave a reply

    Нет комментариев. Прокомментируйте первым